Иркутский биодинамический центр

5. Харальд и Соня Спир – работа с препаратами на небольшой смешанной ферме в Швеции

Йоханна Шонфельдер, д-р Майя Колар


5.1   Введение


  В настоящее время в Швеции насчитывается 15 сертифицированных ферм  Деметры общей площадью 941 га под управлением биодинамики. Пять из них - молочные фермы, остальные - овощеводство.

  Деревня Ярна (50 км к юго-западу от Стокгольма) играла и продолжает играть важную роль в развитии биодинамической работы. Именно здесь в 1935 году в сотрудничестве с лечебным домом были выращены первые биодинамические культуры. Вскоре появилась  ферма в той же деревне. Терапевтическое образование в Ярне продолжали расширять и другие антропософские инициативы. Там  сейчас расположены Биодинамическая Ассоциация, Биодинамический научно-исследовательский институт, Биодинамический учебный колледж и оптовое предприятие, а также производство молочных продуктов.

  Одна из шведских ферм Деметры - Аппмелби (Uppmälby). Ферма находилась под биодинамическим управлением Харальда и Сони Шпеер (род. 1931 и 1934 соответственно) с 1974 года. Аппмелби - смешанная ферма 10 га, основная деятельность которой - производство овощей и баранины. Несмотря на свой малый размер, Аппмелби - предприятие полного рабочего дня, которое обеспечивает безопасное проживание для Харальда и Сони. Их ферма также обеспечивает все, что необходимо для препаратов: все необходимые растения и кварц находятся на собственных полях, а также их оболочки, навоз и органы от собственных овец.

  Аппмёлби расположена в регионе Сёрмланд восточной Швеции, недалеко от Ярны. Сёрмланд  является частью средне-шведского бассейна. Регион в целом очень плодороден и интенсивно обрабатывается. В то же время ландшафт  составляют леса, озера и пологие холмы и на поверхности часто видна местная  основная порода (гнейс). Это ландшафт, в котором культурные и природные зоны непрерывно чередуются друг с другом.

 

ярна

 

  В отличие от более северных частей Швеции, климат здесь по-прежнему умеренно теплый, характеризуется поздним, но теплым летом и мягкой зимой. Это означает, что, хотя средние температуры в теплое время года превышают 20 °C, среднегодовые остаются в пределах 6-8 °C. Аппмелби находится на высоте 30 метров над уровнем моря и примерно в 56 километрах от Балтийского побережья. Годовое количество осадков 400 - 500 мм с районом, как правило, имеющим меньше осадков в начале лета. Фермеры  имеют право брать воду из озера, граничащего с  их землей, поэтому они способны противостоять периодам засухи на Аппмелби. Почва фермы представляет собой легкий суглинок с pH 5 - 6.

Йоханна Шонфельдер и доктор Майя Колар посетили Аппмелби с 7-го до 8-го апреля 2015 года. Тур по ферме, а также  углубленное интервью прошли вместе с Харальдом и Соней. Так как работы с препаратами в Аппмелби начинаются только в конце апреля или начале мая, они могли смотреть только на те, которые были сделаны в прошлом году (в 2014  году) в рамках обсуждения практики подготовки препаратов. Исследователи не участвовали в препаратной работе.


5.2  Портрет фермы


  Во время 1970х официальная политика Швеции должна была растворить малые фермы, такие  как Аппмелби, и инкорпорировать их в крупные фермерские объединения. Харальд и Соня наткнулись на Аппмелби через газетное объявление и взяли ферму в 1974 году. Принадлежащая  ей земля, была тогда арендована соседями и  дом использовался для отдыха. Благодаря закрытию небольших ферм в окрестностях Харальд и Соня могли унаследовать механизированное оборудование, подходящее для фермы размера Аппмелби.

  Харальд и Соня имели ясное представление от начала, что они хотели заниматься на ферме биодинамичеси  и жить на ферме. Ни власти, ни их соседи не смогли этого понять, и у них  бытовало  мнение, что "невозможно жить с фермы такого размера". С самого начала Соня и Харальд вели дневник своего движения в развитии фермы. Теперь оглядываясь назад, Харальд и Соня поражены тем, как " можно эффективно находиться в начальной фазе". Однако ферма могла развиваться "очень медленно". Инвестиции могут осуществляться только при наличии средств, а не  посредством займов. Они ничего не нашли  неправильного в этом медленном прогрессе и на самом деле чувствовали, что это "правильно".

  Харальд и Соня превратили Аппмелби в смешанную ферму. Общая площадь в десять гектаров была разделена на один гектар овощей, шесть гектаров пашни, два гектара пастбища и один гектар леса. Скот  включал 21 овцу (овцы породы  комолая Лейсестерс и рогатая Гуте), 30 - 40 кур и от трех до 20 уток. Продажа овощей приносит большую часть дохода хозяйства. Около 40 овощных коробок доставляются в индивидуальные дома, рестораны, детские сады, церкви и магазины здорового питания. Это значит, что Харальд ездит на своей машине более 500 километров в неделю. Всего в хозяйстве около 100 постоянных клиентов. Харальд и Соня полностью заняты на ферме и часто поддерживаются студентами, которые у них практикуются.

 

Создание индивидуальности фермы – «добровольная простота»

  Аппмелби включает в себя большое количество ручной работы, минимальное количество технологий и ограниченную специализацию. Харальд отождествляет себя со шведской инициативой, которая называется "добровольной  простотой". Экономия энергии и как можно меньший экологический след "также имеет экономический смысл – если человек удовлетворен меньшим, нет необходимости так много эксплуатировать животных и растения". О своей ферме он сказал: "У нас здесь много вещей, которые сами по себе не имели бы никакого экономического смысла. Совместно, однако, они формируют жизнеспособное и удовлетворительное  целое. Можно сказать - куры невыгодны, избавьтесь от них или - овцы не выгодны, избавьтесь от них... Я хотел бы описать нашу ферму как противоположность специализации. И это всегда очень полезно. "Добровольная простота", однако, никогда не должна приравниваться к бедности. Мы можем позволить себе все, что нам нужно."

 

5.3   Как Харальд и Соня нашли свой путь к работе с препаратами?


  Харальд родился в Силезии (большая часть Силезии сегодня в Польше) и вырос на ферме. Он был депортирован в Западную Германию после Второй мировой войны. Там он обучался как садовый дизайнер. Проведя большую часть своей юности "в плену" войны, он воспользовался первой возможностью выехать за границу и через связи с другом прибыл в Швецию. Он углубил свое обучение, изучая садовую архитектуру. Харальд работал в течение двенадцати лет в качестве садового дизайнера. Он не получал большого удовлетворения от гор бумажной работы и был очень разочарован контрастом между "дизайном мечты" и его реализацией в саду. Соня выросла в Стокгольме, изучала искусство и иллюстративный дизайн и долгое время работала в коммерческой рекламе. Когда в офис архитектора, где работал Харальд, поступила просьба спроектировать здания для атомных электростанций, они оба знали, что пришло время отказаться от этой работы и заняться поиском собственной фермы.

  Через пчеловодство в своем саду в Стокгольме, Харальд и Соня узнали о двух  пионерах биодинамики  Швеции - Алексис и Эмми Бломберг. Как только они нашли Аппмелби, Харальд последовал за рекомендацией  Бломбергов и отправился в Ярну, чтобы принять участие в так называемом зимнем курсе - "Введение  в биодинамическое сельское хозяйство’. Он сказал, когда про своё начало: "я был близко знаком с земледелием, но, биодинамический подход был для меня совершенно новым".

  Он также был ознакомлен с препаратами во время этого зимнего курса. Харальд упомянул Бо Петтерсона и Кьелл Арман как важных учителей. Петтерсон был агрономом и работал по исследованию влияния препаратов на качество еды и развитие почвы, и через своё исследование делал биодинамику доступной для обычных фермеров. "Для меня было важно, что научный подход был там с самого начала" сказал Харальд. Арман был квалифицированным фармацевтом и соучредителем биодинамической работы в Швеции. Его способность "сделать биодинамику доступной" вдохновляло Харальда. "Когда я услышал о некоторых вещах  в первый раз, я сказал себе: я не могу понять этого, я не могу взять это на себя... Зато... У меня было такое доверие к этим людям. У них было что-то важное, что я должен был услышать во второй раз, или, возможно, от кого-то иначе, с другого ракурса или от третьего лица. Так постепенно во мне росло убеждение. Это был мой путь. Не было никакого откровения, что вдруг заставило меня сделаться антропософом, кто смог бы все понимать. Я бы никогда не заявлял об этом – даже сегодня. Иметь положительное чувство, что ты на правильном пути, однако, это то, что было важно."

  В начале, оттого что они должны были экономить деньги для фермы, Харальд поехал в Ярну сам. Когда его спросили во время курса "где его жена" он знал, что "очень важно развиваться в тандеме. Работа вместе и разделение одних и тех же целей имеет решающее значение для принятия этого проекта работы, несмотря на все сомнения, которыми мы были окружены. Это может сработать, если мы разделяем одни и те же цели. Важно также, чтобы мужской и женский элементы уравновешивали друг друга".

  Образы, представляемые Кьеллом Арманом, открыли дверь в биодинамику для них обоих. Он объяснил, например, что понятие "биодинамика" состоит из " био ", означающее жизнь и "динамика", которая выступает за силу. Но гораздо важнее самых  лучших объяснений  было найти "людей, в которых можно верить".

 

соня

 

  Несмотря на свой возраст, Соня и Харальд Шпеер не торопятся искать кого-нибудь, кто мог бы взять их ферму. Они верят, что решение будет тогда, когда оно понадобится. Один из стажеров проявил интерес к ферме: он проведет лето 2016 года в Аппмелби.

 

5.4   Как Харальд и Соня развивают биодинамическую работу?

 

  Когда они начали работать на собственной ферме, Харальд и Соня купили препараты от Биодинамической  ассоциации в Ярне. Помимо участия в зимнем курсе, они узнали, как сделать препараты от Уилберта Бейера – биодинамического фермера и ветеринарного врача, на ферме которого группа биодинамических фермеров и садоводов встретилась для того, чтобы сделать препараты. Они также обучались у Томаса Люти из Скиллебихольм (Ярна). Так же, как и на ферме, работа с препаратами развивалась медленно, но неуклонно от их покупки до изготовления каждого из них самостоятельно. "Для меня важно, чтобы это росло медленно и органично – во всех областях", - пояснил Харальд. 500 и 501 были первыми препаратами,  которые они начали делать сами.

 

Работа с органами и навозом от своих собственных овец

  Решение делать все свои препараты возникло из разговора, который они имели с Марией Тун. Её мысли о том, как важно, чтобы препараты были сделаны на ферме, если это вообще возможно, "как-то убедили" Харальда. Она сказала, что "так же, как корма для животных, препараты также должны быть произведены на ферме». К этому добавились проблемы, связанные с кризисом болезни губчатой энцефалопатии -  больше не было скотобоен, способных обеспечить органами. Мелкие животные, однако, все еще могут быть забиты для домашнего использования, и поэтому возникла идея использования органов от своих собственных овец. Именно необходимость в черепе при приготовлении коры дуба привела к принятию решения о работе с овцами. Мария Тун рекомендовала, чтобы "домашняя овечья голова всегда была лучше, чем купленная  коровья голова". Решение об использовании навоза овец было принято потому, что Харальд не смог найти в регионе высококачественного и хорошо структурированного коровьего навоза. Он стремился следовать тому акценту, который, по его мнению, Штайнер сделал на использовании "хорошо сформированного навоза" -  он нашел, что его овцы смогли обеспечить прекрасным образом.

 

5.5  Как Харальд и Соня понимают биодинамические препараты?


Эффективность препаратов видна не сразу – а только в долгосрочной перспективе

  Как фермер,  Харальд не видит быстрого способа определить, действует ли препарат и как на него  влияют  констелляции (здесь он ссылается на календарь Марии Тун), "потому что это может зависеть от многих вещей". Они оба заявляют, что они не могут воспринимать никаких непосредственных  последствий и не имеют какого-либо сверхчувственного восприятия их. Они считают, что, чтобы сделать эффект объективно видимым, понадобились бы сравнительные испытания (с обработанными и необработанными участками) - "на которые, к сожалению, у нас нет времени". Когда Харальд распыляет препараты, он откровенно говорит: "Я действительно не вижу разницы после распыления."  Для него есть только "разница в чувствах". У него такое ощущение, например, что опрыскивание проводилось в нужный момент, влажность почвы была оптимальной и что опрыскивание препаратами тогда "чувствовалось правильным".

  В долгосрочной перспективе, однако, изменения происходят, и Харальд видит, что  это вызвано препаратами: Глинистая почва стала легче и лучше годиться для  выращивания овощей, разнообразие растений увеличилось и здесь стало больше разнообразия птиц, обитающих на ферме.

 

Препараты работают вместе

  Соня и Харальд считают, что каждый препарат "действует вполне определенным образом", но любой видимый эффект является результатом использования всех препаратов. Что касается почвы фермы, способность которой выращивать овощи неуклонно улучшается с момента перехода к биодинамике, Харальд объяснил: "я не могу сказать, было ли это связано с роговым навозом, компостными препаратами или люцерной, или это все  вместе. Кьелл Арман, которого я упомянул раньше, обрисовал это красивым образом. Он сказал: "Есть много разных вещей, на которые нужно обратить внимание. Если одна вещь отсутствует, эффект не так заметен, но если многие вещи не там, то мы вдруг обнаруживаем, что это больше не биодинамика. Это кумулятивный эффект. У нас, биодинамических практиков, есть множество возможностей помочь природе"».

  Харальд и Соня убеждены что препараты  это "одна из много вещей", которые делают Аппмелби  такой как она есть. Харальд испытывает коллективную работу препаратов, например, в таком компосте: "компост похож на корову, лежащую там и переваривающую - его органы - это препараты. Здесь есть  всегда что-то сокровенное в строительстве компостной кучи. Органы внутри него – легкие, сердце, печень, почки - работают вместе и одно не важнее другого. Если бы препараты не добавлялись в компост, их руководящая, причастная и направляющая деятельность отсутствовала бы".


Работа с препаратами: от обязанности к необходимости

  Работа с препаратами не является рутиной для Харальда и Сони. Для них важно полноценно присутствовать в работе. В начале Харальд применял препараты потому что они принадлежали к биодинамическому подходу. Сейчас для него это само собой разумеющееся и необходимость. Это является важным аспектом его работы на ферме, и ему это нравится.

 

5.6   Как работа с препаратами внедряется социально?


 Харальд убежден, что и он, и его жена "закончили бы" уже давно, если бы продолжали работать в городе. В возрасте более чем за 80, они все еще бегают по своей ферме и верят сильно что дорога, которую они делают, хороша для тела, души и духа. Частью этого "пути", конечно, является и общественная  работа по препаратам. При подготовке компостных куч в Аппмёлби всегда приглашаются заинтересованные люди. Участие позволяет Харальду вступить с ними в разговор о биодинамическом сельском хозяйстве. Он встречает людей там, где они есть. Он представляет новичков, используя образ "компостной кучи как коровы". С инженером он говорит о препаратах как катализаторах процесса компостирования, в то время как школьнику дается другой образ.

  Он постоянно поражается движущей силе фермы и может только думать, что это связано с препаратами и их эффектами, "это не может быть связано с несколькими старыми машинами, которые у нас есть, это должно быть что-то еще", - размышлял он. У них часто бывает так много посетителей, что на работу почти не остается времени. Но "трудно сказать", что на самом деле ими движет.

 

  Источник прочности для биодинамической  работы – включая то, что находится за профессиональными интересами

  Как новичок в биодинамической работе во время зимнего курса в Ярне Харальд испытал то, что вдохновляет его до сих пор. В ходе курса были обсуждены многие практические аспекты биодинамической работы. Один из преподавателей-Арне Клингборг (соучредитель инициативы Ярна) - ввел вечернюю деятельность, которая не имела прямого отношения к профессиональной учебе, вел беседы о произведениях искусства. Они не имели "никакой практической ценности" и представляли "чисто человеческий" интерес. Именно во время строительства фермы, когда Соня и Харальд, так сказать, "запутались с фермой”, этот принцип оказался очень полезным. По сей день они регулярно выезжают  на художественную выставку или спектакль, для них очень важна музыка.